Сериал «В чём вина Фатмагюль?» начинает ся не с громких слов, а с хрупкого дня, вот он, тот самый, когда Фатмагюль идет провожать своего жениха в плавание, и так вот по дороге встают 4 опьяненных мужчини, четверо смотрят на нее, словно на праздник, смешивают в голове красоту и вино. Ну и казалось бы, шутка, случайность, но нет, вот тут все ломается: никто из них и не думал, что шутка может закончиться насилием, и вот уже трое парней, не отдавая отчета в поступках, насилуют Фатмагюль. Так вот вина, которая потом нависает над ней, еще не названа, но уже ощущается кожей, и ты видиш, как судьба превращается в долгую балладу про беду и правду, в которой автор не молчит.
Потом за дело берется полиция, и вот тут на первый план выходит турецкое законодательство, по которому процесс будет считаться закрытым, если один из насильников женится на жертве. Итак, страх богатых семей работает быстрее совести: богатые родители насильников, чтобы спасти своих детей от тюрьмы, придумывают план, холодный, словно вода в камне. Они уговаривают жениться бедняка на Фатмагюль, пожить вместе с ней в браке один год, а затем развестись, как будто человек это временная сделка. Так молодую девушку выдают замуж за одного из насильников, за Керима, и вот новая жизнь начинается не с дома, а с ненависти друг к другу, хотя внешне все чинно. Ну и дальше сериал, как лиро-эпическая поэма, возвращает героиню в круг, где ее честь словно плен, но не от войны снаружи, а от насилия внутри. Фатмагюль становится пленницей Керима, вынуждена жить с запятнанной честью, и так вот ее слезы звучат тише, но боль остается звонкой. И вот уже ты понимаеш, что над ней надругались не только над телом, но и над судьбой, над будущим, над самой возможностью быть просто любимой, а не выданной. Так вот сериал ведет тебя по темным коридорам морали, где наказание подменяют браком, а правда прячется за бумажным сроком в один год. Итак, на фоне этих событий звучит главный вопрос, и он бьет, как балладный рефрен: в чём вина Фатмагюль, если ее сделали уликой в чужом спасении. Так вот эта история остается в памяти не как сюжет, а как чувство, и ты никак не можеш отвести взгляд от того, как зло переодевается в закон и порядок.